Нормальность — это клетка, которую общество строит для тех, кто не умеет улыбаться по графику. Можно быть гениальным хирургом, видеть пациента насквозь, проводить операции, которые другим не под силу. Но если ты смотришь в глаза и не понимаешь шуток — ты изгой. До тех пор, пока кто-то не решит дать тебе шанс.

Дэвид Шор в «Хорошем докторе» после восьми сезонов «Доктора Хауса» снова вернулся в операционную. Только вместо циничного гения с тростью — молодой ординатор Шон Мерфи , у которого расстройство аутистического спектра и синдром саванта . Он вырос в неблагополучной семье, его бил отец, он потерял брата. Но доктор Аарон Глассман разглядел в мальчике не диагноз, а дар .

Шон приезжает в больницу Сан-Бонавентура и с первой минуты сталкивается со стеной недоверия. Коллеги сомневаются, руководство колеблется. В «Хорошем докторе» точка невозврата наступает не в операционной, а в аэропорту, когда Шон без скальпеля и наркоза спасает мальчика с разрывом аорты подручными средствами . Он опоздал на собеседование, но Глассман уже знает: такие врачи рождаются раз в десятилетие.

Хаймор, известный по «Чарли и шоколадной фабрике» и «Мотелю Бейтс», сыграл так, что зрители забывают про актёрскую игру . Создатели искали не просто техничное исполнение, а свет в глазах — и нашли . Его Шон не смешной и не жалкий. Он просто другой. Он видит мир как трёхмерную модель, где каждая болезнь — задача, а каждый пациент — человек, которому нужна правда, даже если она жёсткая.