Прошлое — это единственная тень, от которой не убежать. Даже на край галактики. Можно десять лет прятаться в пустыне, отрастить щетину и притворяться сумасшедшим отшельником, который сторожит племянника своего убитого ученика. Но когда из песка вылезает имперский патруль, а на горизонте снова загорается красный луч, становится ясно: сдавать назад нельзя.

Джоб Харольд в «Оби-Ване Кеноби» пытается закрыть ту самую чёрную дыру в хронологии «Звёздных войн», которую Джордж Лукас оставил зиять рваной раной. Прошло десять лет после того, как Оби-Ван нарезал Энакина на куски у лавового водопада и бросил догорать. Теперь он живёт в пещере, ходит за водой к тусканскому каравану и каждую ночь просыпается в холодном поту от смеха императора, доносящегося из-за края галактики.

Харольд, давний соратник по «Мандалорцу», знает, как залезать под кожу. Здесь Лея не политик, а упрямая девчонка, которая учится стрелять и слишком быстро понимает, что слова иногда убивают быстрее светового меча. Инквизитор Рэва  — любимица Вейдера, которую он бил так сильно, что девочка выросла ненавидящей свой же Орден. А сгоревший Энакин — это уже не рыцарь джедай.

Финал гасит свет. Визуальный ряд, где две родные души сражаются так, будто пытаются убить не врага, а тот срам, который им внушила Галактическая Империя, останавливается в последнюю секунду. Оби-Ван наконец прощает себя. Он уходит в туман, оставляя имперскую стаю с носом, а маленькой принцессе — надежду, что джедаи ещё живы.