Смерть — это единственная тюрьма, в которой человек сидит без решётки. Можно быть федеральным маршалом, носить пистолет и расследовать исчезновение пациентки из психиатрической лечебницы на острове, окружённом океаном. Но однажды, когда твой напарник исчезает, а главный врач  предлагает таблетку от головной боли, выясняется, что настоящий побег — это не покинуть остров, а покинуть свою собственную голову.

Мартин Скорсезе в «Острове проклятых» запер Леонардо ДиКаприо в лабиринте, из которого нет выхода. Тэдди Дэниелс — маршал США, который приплывает на остров для душевнобольных преступников. В «Острове проклятых» точка невозврата наступает не на маяке, где якобы проводят лоботомии, а в пещере, где настоящая Рэйчел Соландо рассказывает ему, что он уже был здесь, и не один раз. С этого момента реальность начинает течь, как вода сквозь пальцы: покойная жена то сжимает его руку, то исчезает в языках пламени, а напарник смотрит на него с пугающим спокойствием. 

Оператор Роберт Ричардсон, монтажёр Тельма Шунмейкер и композитор-невидимка создают атмосферу, в которой туман становится отдельным героем. ДиКаприо здесь не «Волк с Уолл-стрит», он — загнанная лошадь, которая пытается вспомнить своё имя. Кингсли играет доктора Коули так, что зритель не знает, лечит он или пытает. Руффало, напротив, почти не говорит, но его лицо — это карта, на которой отмечены все тайны. Единственный, кто не врёт, — это Джордж Ноуз, пациент, который сидит в карцере и шепчет: «Ты, наверное, думаешь, что это сон. Это не сон».

Финал заканчивается на ступеньках маяка, уже после того, как Тэдди убил первого врага. Ему дают таблетку, он её проглатывает и шепчет: «Лучше умереть человеком, чем жить чудовищем». Свет гаснет. После титров зритель не знает, жив он или мёртв. Он просто открывает глаза и видит свою квартиру, свою жену, свои часы. Но часы показывают не 8 утра, а 3 ночи. Добавьте снотворного, доктор Коули. У вашего пациента бессонница.