Ностальгия — это единственная тюрьма, в которую мы сами запираем себя, когда прошлое кажется лучше настоящего. Можно быть Томасом Андерсоном, успешным геймдизайнером, который придумал трилогию игр о Матрице и теперь принимает синие таблетки, чтобы забыть странные видения. Но когда в кофейне появляется девушка с синими волосами и шепчет о «белом кролике», реальность начинает трещать по швам. И тогда даже самый убеждённый скептик понимает: ты не придумал эту историю. Ты просто забыл, что она уже случилась с тобой однажды.

«Матрица: Воскрешение» (2021) — это четвёртая часть франшизы Ланы Вачовски, где Томас Андерсон живёт в мире, который кажется реальным, но на самом деле является обновлённой версией Матрицы. Терапевт убеждает его, что Нео — лишь вымысел, а видения Тринити — побочный эффект от таблеток. В «Воскрешении» точка невозврата наступает не в момент принятия красной таблетки, а когда Нео осознаёт: Матрица стала умнее, она не стирает память, а переписывает её, превращая его в инструмент собственного контроля. Теперь ему придётся бороться не с системой, а с собственным сомнением.

Вачовски, снявшая фильм с соавторами Дэвидом Митчеллом и Александром Хемоном, делает фильм мета-комментарием о том, что значит создавать продолжение культовой истории. Персонажи обсуждают необходимость сиквела, шутя над требованиями студии и ожиданиями фанатов. Критики разделились: одни хвалят фильм за смелость и иронию, другие считают, что он разрушает наследие и превращает эпическое повествование в затянутую мелодраму. Фильм напоминает разговор с самим собой о том, зачем мы пересматриваем старые истории и стоит ли их переписывать.