Любовь — это единственная субстанция, которую не могут воспроизвести даже в самой далёкой галактике. Можно построить звездолёт, клонировать солдат и изобрести оружие, способное испепелить планету. Но когда на кону стоит судьба всего живого, а единственный шанс на спасение — это рыжая певица с повязкой на глазах, которая не знает, что такое война, все эти технологии становятся просто грудой металлолома.

Люк Бессон в «Пятом элементе» построил космическую оперу, где хай-тек соседствует с шарманщиками, а спасение мира выглядит как дуэль между оперным меццо-сопрано и чёрной дырой, которую озвучил Пласидо Доминго. Новый Йорк, 2263 год. Бывший спецназовец Корбен Даллас перевозит такси, пьёт виски и страдает от депрессии — пока его не похищает девушка с ярко-рыжими волосами по имени Лилу. Она совершенна во всём, кроме одного — не умеет говорить и убивает голыми руками. 

Бессон, художник Жан-Поль Готье и оператор Тьерри Арбогаст создали мир, который не нуждается в логике, потому что он сам — сновидение. Такси Далласа летает над мостами, выкрашенными в оранжевый, Крис Такер в роли лысого диджея Руби Рода говорит так быстро, что синхронный перевод сдаётся после первой фразы, а Гэри Олдман в роли сумасшедшего оружейника Зорга получает удовольствие от каждого своего крупного плана. Саундтрек Эрика Серры, где китайский хор Эры смешивается с индастриал-битом, звучит так же странно, как и весь фильм, а потому — идеально.

Финал заканчивается поцелуем, который спасает галактику. Лилу не знала, что должна делать в битве добра и зла, но Корбен объяснил. Поцелуй оказался сильнее всей сингулярности. Зорг погибает от Глаз с Разрешением, а Лилу улыбается. Последний кадр упирается в её лицо, и она произносит слово, которое когда-то значило «жизнь», а теперь будет означать «семья». Бессон оставляет зрителя с тишиной и вопросом: может быть, все эти караты, лазеры и суперкомпьютеры действительно не нужны, если в кармане лежит камешек с другой планеты, который она подняла с пола, чтобы подарить тебе?