Вера — это единственный бронежилет, в котором дыры не заклеивают пластырем. Можно быть самым религиозным парнем в США, записаться добровольцем на Вторую мировую, но при этом отказаться даже прикасаться к винтовке. Это не трусость и не бунт. Это та самая грань, за которой заканчивается послушание и начинается то, что психиатры назвали бы навязчивым состоянием, а история — чудом.

«По соображениям совести» рассказывает о Дезмонде Доссе, санитаре, который отправился на кровавый Окинавский ад с молитвенником и аптечкой, но без патронов. Он не поладил с командованием, был бит сослуживцами и чуть не угодил в тюрьму за то, что «подрывал боевой дух». Но Досс не искал лёгких путей: он хотел не убивать врагов, а вытаскивать своих с поля боя. 

Режиссёр Мэл Гибсон, оператор Саймон Дагган и композитор Руперт Грегсон-Уильямс конструируют войну как невыносимую симфонию. Здесь грязь и мясо разлетаются синхронно с хрустом костей. Эндрю Гарфилд в роли Досса не выглядит героем — просто долговязый добряк с косящим взглядом, которому на ухо нашёптывают: «Останься собой». Винс Вон, комик по амплуа, становится жёстким сержантом, который сначала презирает «тряпку», а к финалу перестаёт скрывать уважение.

Дезмонд Досс — анти-Рэмбо: убит не духом, но спасает больше, чем любой герой боевиков. Гарфилд, Гибсон и ящик с боеприпасами, который просто не вывезет эту историю. Смотреть, если считаете, что смелость — это когда солдат идёт в бой без мушкета. И если вы готовы на два часа забыть, что пацифизм — это просто громкое слово без боли в боку.