Память — это единственная дверь, которую нельзя открыть снаружи. Можно биться, звать на помощь, сдирать руки в кровь. Но пока ты сам не вспомнишь, кто ты — наружу не выйдешь. Кристиан Алверт в «Пандоруме» собрал всё лучшее из космического хоррора и упаковал в историю, после которой хочется проверить, дышит ли кто-то рядом в темноте.

Корабль «Элизиум» несёт 60 тысяч переселенцев к планете Танис. Земля погибла, это последний шанс человечества. Двое членов экипажа, лейтенант Пэйтон и техник Бауэр, просыпаются от гиперсна. Вокруг — темнота, тишина и трупы. Они ничего не помнят. Связи нет. А по вентиляции уже скребутся те, кто эволюционировал быстрее остальных. В «Пандоруме» точка невозврата наступает, когда Бауэр понимает: мутанты на корабле — не пришельцы. Они тоже были людьми. Просто проснулись слишком рано и слишком долго ждали.

Алверт, ученик самого Полански, строит фильм как матрёшку. Каждая новая деталь переворачивает предыдущую. Пэйтон сидит в рубке и общается по рации с незнакомцем, который называет себя Гэлло. Бауэр пробирается по коридорам, встречает выживших и пытается запустить реактор. А в углах экрана мелькают лица, которые невозможно забыть. Бен Фостер здесь играет не героя, а загнанного зверя, который бежит только потому, что не может остановиться. Деннис Куэйд добавляет веса каждой сцене, даже когда просто молчит в кадре.

Финал распахивает шторки иллюминатора. За ними — не звёзды, а океан и проплывающие медузы. Оказывается, «Элизиум» уже восемьсот лет как лежит на дне планеты назначения. А все эти коридоры, монстры и битвы — просто декорации внутри гигантского подводного гроба. Люди, которых спасали, тысячи лет спали на дне океана, ожидая, когда их разбудят.